Дело Вадима Мошковича стало крупнейшим случаем национализации частного бизнеса в РФ

Дело Вадима Мошковича стало крупнейшим случаем национализации частного бизнеса в РФ

13 мая 2026 г.

Сергей Варченко

Власти лишили миллиардера Вадима Мошковича его бизнеса — и это создает крайне опасный прецедент для всех крупных владельцев капитала в стране. Изъятие активов под аналогичным предлогом возможно у пятой части списка Forbes.

Изъятие активов владельца агрохолдинга «Русагро» Вадима Мошковича, который оказался в СИЗО, стало крупнейшей национализационной сделкой 2026 года.

Это стало поводом для беспокойства среди бизнесменов и чиновников: обвинение Мошковича в незаконном совмещении бизнеса с госслужбой стало излюбленной причиной силовиков для отъема бизнеса. Редактор издания The Bell Петр Мироненко, по просьбе «Медузы», рассуждает о том, почему именно дело против предпринимателя, чье состояние Forbes оценивает почти в три миллиарда долларов, выглядит особенно опасным на фоне подобных процессов.

Владелец одного из крупнейших российских агрохолдингов «Русагро» и основатель школы «Летово» Вадим Мошкович (51-е место в рейтинге русского Forbes, состояние 2,9 миллиарда долларов) попал в СИЗО еще в марте 2025 года. Силовики взялись за миллиардера всерьез: в деле целых четыре уголовных статьи. Помимо стандартных для бизнесменов мошенничества и легализации преступно нажитых средств, Мошковича обвиняют в преднамеренном банкротстве и даче взятки вице-губернатору Тамбовской области — в виде охотничьего ружья, которое «Коммерсант» назвал «„Феррари“ в мире карабинов».

В деле много громких фамилий: в основе обвинения лежит корпоративный конфликт, разгоревшийся после покупки Мошковичем холдинга «Солнечные продукты», совладельцем которого некогда был спикер Госдумы Вячеслав Володин, а крупнейшим кредитором — Россельхозбанк, наблюдательный совет которого возглавляет вице-премьер Дмитрий Патрушев. Можно предположить, что именно Россельхозбанк будет управлять «Русагро» после национализации, как это случилось с большинством других изъятых у частных владельцев продовольственных компаний (1, 2).

Но обвинения, позволившие Генпрокуратуре в рекордные сроки — всего за пять дней от подачи иска до решения суда — национализировать «Русагро», почти никак напрямую не связаны с уголовным делом. Главным основанием для изъятия активов, стоимость которых прокуроры оценили более чем в 500 миллиардов рублей, стало то, что Мошкович с 2006 по 2014 год, будучи членом Совета Федерации, продолжил владеть и управлять бизнесом — а значит, все его активы нажиты коррупционным путем. Подробно детали антикоррупционного иска Генпрокуратуры расписал «Коммерсант».

Национализация «Русагро» — не первое дело о национализации по коррупционным основаниям, но крупнейшее и самое наглядное. И из него можно сделать несколько выводов, неприятных одновременно для российских бизнесменов и чиновников.